ООО обратилось в суд с исковым заявлением к ответчику о взыскании задолженности по кредитному договору.

В обоснование исковых требований указано, что в 2023 году между МФК  и ответчиком заключен договор займа, по условиям которого должник обязалась возвратить полученную сумму кредита в установленном договором порядке и уплатить проценты.

Для получения вышеуказанного займа ответчиком выполнена заявка на получение потребительского займа (микрозайма), которая осуществляется с использованием соответствующего интернет-сервиса, реализованного на сайте.

Вместе с тем взятые на себя обязательства по возврату займа в срок, ответчик не исполнил, в результате чего образовалась задолженность.

В 2024 году по договору уступки требования (цессии) МФК передало права требования по кредитному договору ООО.

Ответчик заявила встречный иск, в котором она, уточнив требования, просила признать договор потребительского займа незаключенным. В обоснование указывает, что на момент заключения оспариваемого договора займа номер телефона ей не принадлежал, соответственно она не могла как получить, так и отправить какое-либо SMS-сообщение, подтверждающее оферту. На сайте ответчика она не регистрировалась, счет, на который перечислены денежные средства, ей не принадлежит.

Суд пришел к выводу, что способ идентификации заемщика при дистанционном заключении договора займа не позволил с достоверностью определить лицо, в действительности выразившее волю. Номер телефона, с которого поступила заявка, принадлежал не ответчику, а другому лицу.

Кредитная организация, исходя только из формального соблюдения порядка подписания договора, не убедилась, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица.

Из материалов дела не следует однозначный вывод о наличии между сторонами договорных отношений.

Суд в удовлетворении иска о взыскании задолженности по договору займа – отказал.

Решение в законную силу не вступило.